Итальянские звезды и референдум: критика "радикально-шикарного" движения "Нет"

Тот факт, что кампания «Нет» не достигает кульминации, подтверждается тем, что ее новым «знаменосцем» стала Моника Герриторе. Хотя она талантливая актриса (подобно Алессандро Барберо, хорошо разбирающемуся в истории, или Джорджо Паризи, превосходному физику), это не помешало ей и другим распространять ошибочное представление о том, что реформа якобы «подрывает автономию и независимость судебной власти». На самом деле, текст реформы буквально и необратимо подтверждает эти принципы. Герриторе, выступившая на митинге в Пьяцца дель Пополо для довольно узкой аудитории, декламировала документ конституционалистов, выступающих против реформы. Но актриса пошла дальше, выступив в газете La Stampa с отчаянной защитой системы внутрисудейских «течений» (фракций). Эту систему Кателло Мареска, прокурор, арестовавший крупного мафиозного босса, назвал «болезненными отношениями между политикой и судебной властью». Однако Герриторе другого мнения: «Течения — это данность человеческой природы, все мы объединяемся с себе подобными».

Утверждать, что человек — социальное животное, это базовое знание. Однако переносить это на критерии назначения прокурора или председателя суда, где должна превалировать юридическая компетентность, а не политическая идеология (что, по сути, и представляют собой эти «течения», госпожа Герриторе, забывшая Аристотеля и вспомнившая Паламару), — это огромная пропасть. Но для Моники Герриторе все просто: «В партиях тоже есть течения: что же нам делать, запрещать их?» Легкая деталь: хотя фракции, или человеческие объединения на основе политических взглядов, могут дегенерировать в патологии, они являются физиологической частью политики. Совершенно непонятно, какое отношение они имеют к правосудию — области, где должны действовать исключительно закон, его знание и применение. Это все равно что пытаться забить гол в футболе руками, потому что ими можно играть в баскетбол. К тому же Герриторе, похоже, заблудилась в рассуждениях: «Без течений была бы большая склонность становиться жертвой политики, потому что парламентарии избирались бы по закрытым спискам» (Парламентарии? Но ведь речь идет о судебной реформе, а не об избирательной? Сплошной туман). По-своему, гораздо откровеннее была другая «радикально-шикарная» сторонница «Нет», Фиорелла Маннойя: «Да что я могу знать? Я голосую «Нет», потому что ничего не понимаю, потому что не хочу знать, потому что боюсь ошибиться».

Фиорелла, зная о своем незнании, тут же себе противоречит: «Я не хочу, чтобы судебная власть подчинялась политике» (снова та же песня). Возможно, ей стоило бы поискать не мудрость, а хотя бы базовую информацию. Мариса Лаурито, соавтор «феминистского обращения» в поддержку «Нет» (что скорее водевиль, чем политика), цитирует Роберто Бениньи: «Я голосую «Нет», потому что наша Конституция — одна из самых красивых в мире». Возможно, но она, безусловно, подлежит изменению, и это уже происходило, особенно по инициативе левых сил. Однако подобные «аргументы» в последние дни кампании «Нет» служат лишь чистым развлечением. И тут появляется Энзино Якетти, который повторяет старый классический лозунг: «Наша Конституция — самая красивая в мире: ее нельзя трогать в угоду власть имущим». Конечно, и следом — ссылка на предварительную продажу билетов на его театральное представление. А те, кто желает странным образом рассуждать по существу, могли бы перечитать слова того человека, который хотел разделить карьеры судей и прокуроров… Ах да, это был Джованни Фальконе.