Происхождение слова «Луна» (Luna) связано с идентичным латинским словом, которое также означало «ночь» и «понедельник». Оно отсылало к божеству, воплощающему Луну, дочери Зевса и Латоны, а также к отличительному знаку в форме полумесяца, который носили на обуви сенаторы Древнего Рима.
Латинский термин «Luna» родственен глаголу «lucere» («светить», «сиять»), корни которого восходят к общему индоевропейскому праязыку (*leuk-), означавшему «яркий свет». Таким образом, Луна — буквально «светящаяся» — тоже имеет свои тени.
Во второй песни «Рая» Данте Алигьери поэт обращается к Беатриче с вопросом о природе лунных пятен: «Но скажите мне: что это за темные знаки / на этом теле, о которых там, внизу, на земле, / слагают басни про Каина?» (стихи 49-51).
Его наставница предлагает ученику высказать собственное мнение об этом явлении, предварительно предупредив о том, что чувственный опыт в этой области может быть обманчив, поскольку чувства не способны дать никакого объяснения, и поэтому бесполезно, чтобы разум следовал за ними.
Данте отвечает своей наставнице, выдвигая гипотезу о большей или меньшей плотности небесного тела («То, что нам кажется здесь сверху различным, / я думаю, создается редкими и плотными телами», стихи 59-60). Эта теория восходит к Аверроэ (De substantia orbis 2) и уже была изложена в «Пире» (II, XIII, 9), куда она попала к Данте через толкования святого Фомы Аквинского.
Ответ Беатриче, завершающий ее ученую диссертацию призывом к поэту провести оптический эксперимент с тремя зеркалами — два расположены на определенном расстоянии от наблюдателя, а третье, расположенное между ними, — на большем расстоянии, — опирается на схоластическую философию.
Хотя количество света, отраженного третьим зеркалом, будет иным, оно не будет тусклее, поскольку качество отраженного света останется идентичным свету, отраженному двумя другими зеркалами.
Таким образом, Луна не может иметь различную плотность материи в разных точках своего объема. Различная плотность не объяснила бы ее пятен, которые, согласно одной из теорий, распространенных во времена Данте, образовывались извилистым путем солнечных лучей внутри самой Луны.
