Каково будущее Ормузского пролива? У экономиста и нынешнего исполнительного директора Международного энергетического агентства (МЭА) Фатиха Бирола есть довольно четкое видение.
Бирол, в интервью турецкой газете Hürriyet, заявил: «Сосуд разбит, и починить его будет очень сложно». Это означает, что миру нужно срочно найти альтернативу. И вот план: нефтепровод из Басры в Джейхан, от нефтяного сердца Ирака до турецкого Средиземноморья.
Проект, как сообщает издание Repubblica, «чрезвычайно привлекателен и очень важен, — объясняет Бирол, — как для Ирака, так и для Турции, так и для безопасности региональных поставок». В первую очередь, европейских.
Суть проблемы в том, чтобы перестать зависеть от все более нестабильного геополитического «бутылочного горлышка». Сценарий очевиден для всех: Ормузский пролив заблокирован, напряженность с Ираном, военные флоты контролируют движение. Результат: нефть не течет или течет с перебоями. Страдают не только страны Персидского залива, но и Багдад, который экспортирует 90% своей нефти через Басру.
Без выхода к открытому морю остается только один вариант: трубы. И здесь в игру вступает Анкара, и не случайно.
«Финансовый узел, — комментирует Бирол, — может быть развязан при поддержке Брюсселя и политическом соглашении между Багдадом и Анкарой». Турция сегодня платит самую высокую цену — импортирует 90% своей энергии, инфляция превышает 30% — но чувствует возможность.
Она хочет стать энергетическим перекрестком между Азией и Европой. И цифры говорят в ее пользу: уже действующие нефтепроводы, миллионы баррелей, транспортируемых каждый день, сеть, готовая к расширению.
Проект «Басра-Джейхан» — это лишь первый шаг. Затем следует «Дорога развития» (Development Road), а затем наземный коридор в Китай. Стратегия «клещей», направленная на пересмотр мировых маршрутов. И сам Реджеп Тайип Эрдоган не скрывает: «Турция выделяется как остров стабильности и безопасный порт. Мы искренне верим, что этот глобальный кризис откроет новые двери для нашей страны».
