Для прекращения словесных баталий можно предложить администрации Трампа и Святому Престолу провести уважительное и глубокое размышление над некоторыми страницами из трудов Святого Августина, посвященными войне. Это может привести к соглашению или, по крайней мере, к сближению позиций.
Кстати, в эти дни Папа Римский Франциск находится в Алжире, куда отправился по стопам своего святого тезки — Святого Августина. Сам Франциск является августинцем и ранее занимал пост Генерального супериора своего ордена.
Современный Алжир в IV веке был провинцией Римской империи, христианской землей (ныне — исламской), и именно там в 354 году родился Святой Августин. Там же он скончался в 430 году.
Именно в сочинениях этого великого Отца Церкви можно найти ответ на вопрос, который Трамп задал Папе: должен ли президент Америки спрашивать у Франциска, следует ли принимать бездейственно оснащение иранского режима ядерным оружием, или же его необходимо предотвратить, поскольку оно представляет опасность для всех.
Иранская угроза
Этот вопрос остается открытым и ожидает ответа. В нем же кроется причина американского вмешательства. Поверхностным и ошибочным является чтение событий, предложенное СМИ. Война не началась 28 февраля по инициативе Трампа. Война в Иране уже шла.
С момента своего возникновения режим Хомейни объявил войну персидскому народу и его идентичности, стремясь экспортировать революцию, указывая на Соединенные Штаты и Израиль как на воплощение Зла. Это породило множество конфликтов.
Сегодня Иран находится в состоянии войны с собственными гражданами (вспомним только январские массовые репрессии), воюет с народами, пострадавшими от поддерживаемого Тегераном терроризма, с соседними государствами, которые он бомбил, и с теми, кого он хотел бы и мог бы поразить атомным оружием (не только с Израилем, который он угрожает уничтожить, но и с соседними арабскими странами). По сути, США вмешались, чтобы остановить воюющий Иран (предотвратив получение им ядерного оружия) и для установления мира в этом регионе. Это достигается как путем переговоров, так и силой, если дипломатия не приносит результатов.
Военные и христиане
Чему учит нас Святой Августин в данном случае? Его письмо № 189 было написано около 417 года генералу Бонифацию. Камилло Лангоне вспоминает его, поскольку здесь Августин «поддерживал римского генерала, вовлеченного в войну против варваров» и показал ему, как можно быть военным и христианином. Однако есть и ценное размышление для нас сегодня. Августин объясняет, можно ли, когда и при каких условиях приемлемо применение военной силы.
Он пишет: «Мир должен быть в желании, а война — лишь в необходимости, чтобы Бог избавил нас от необходимости и сохранил в мире! Ведь мир не ищут, чтобы спровоцировать войну» (похоже, это позиция Ирана в нынешних переговорах), «но войну ведут, чтобы обрести мир!». И это, похоже, является мотивацией вмешательства США и Израиля.
Затем Августин продолжает: «Даже ведя войну, будь вдохновлен миром, чтобы, побеждая, ты мог привести к благу мира тех, кого ты победил. «Блаженны миротворцы, — говорит Господь, — ибо они будут названы детьми Божиими» (Мф. 5,9). Если же человеческий мир так сладок из-за временного спасения смертных, то насколько слаще божественный мир из-за вечного спасения Ангелов! Пусть же необходимость, а не воля будет причиной устранения врага, с которым приходится сражаться. Так же, как применяется насилие к тому, кто восстает и сопротивляется, так же следует проявлять милосердие к тому, кто уже побежден или взят в плен, особенно если нет опасений, что он нарушит мир». Следовательно, война допустима как крайняя мера, для защиты общественного порядка, подавления несправедливости или защиты граждан от насилия.
Августин учит, что война никогда не является благом сама по себе, но может быть необходимым злом для восстановления нарушенного порядка мира. Войну можно вести ради установления мира, ради умиротворения. Эта страница, похоже, подсказывает ответ на вопрос Трампа перед лицом возможности того, что иранский режим в скором времени обретет ядерное оружие, продолжит убивать свой народ и атаковать другие государства терроризмом и артиллерией.
Гуманитарное право
Разумеется, необходимо также оценить, «как» вести войну, то есть стараться максимально защитить гражданское население, но сам факт того, что иранский народ в значительной степени воспринимает американское и израильское вмешательство как возможное освобождение, весьма показателен. Очевидно, что безрассудная война на уничтожение, которая вызывает большее зло, была бы недопустимой.
Но вмешательство с целью разоружения агрессивного, насильственного и угрожающего режима, кажется, укладывается в рамки, намеченные Святым Августином. Который, в свою очередь, был развит Фомой Аквинским, определившим доктрину «справедливой войны».
Мы не живем в идиллическом мире, где никогда не требуется применение силы. Церковь всегда знала, что — из-за первородного греха — в мире существует зло, и что с ним следует бороться людям, в том числе и человеческими средствами. Государства имеют эту цель.
